Неточные совпадения
Татьяна в лес; медведь за нею;
Снег рыхлый по колено ей;
То длинный сук ее за
шеюЗацепит вдруг, то из ушей
Златые серьги вырвет силой;
То в хрупком снеге
с ножки милой
Увязнет мокрый башмачок;
То выронит она
платок;
Поднять ей некогда; боится,
Медведя слышит за собой,
И даже трепетной рукой
Одежды край поднять стыдится;
Она бежит, он всё вослед,
И сил уже бежать ей нет.
На голове ее был красный шелковый
платок; жемчуги или бусы в два ряда украшали ее наушники; две-три длинные, все в завитках, кудри выпадали из-под них на ее высохшую
шею с натянувшимися жилами.
Вон она, в темном платье, в черном шерстяном
платке на
шее, ходит из комнаты в кухню, как тень, по-прежнему отворяет и затворяет шкафы,
шьет, гладит кружева, но тихо, без энергии, говорит будто нехотя, тихим голосом, и не по-прежнему смотрит вокруг беспечно перебегающими
с предмета на предмет глазами, а
с сосредоточенным выражением,
с затаившимся внутренним смыслом в глазах.
Возвращаяся чрез Клин, я уже не нашел слепого певца. Он за три дни моего приезда умер. Но
платок мой, сказывала мне та, которая ему приносила пирог по праздникам, надел, заболев перед смертию, на
шею, и
с ним положили его во гроб. О! если кто чувствует цену сего
платка, тот чувствует и то, что во мне происходило, слушав сие.
— Я снял
платок с моей
шеи, повязал на
шею слепого…
Одет он был в какой-то поношенный сюртук
с медными гладкими пуговицами; старый черный шелковый
платок окутывал его огромную
шею.
Не успели мы ступить несколько шагов, как нам навстречу из-за густой ракиты выбежала довольно дрянная легавая собака, и вслед за ней появился человек среднего роста, в синем, сильно потертом сюртуке, желтоватом жилете, панталонах цвета гри-де-лень или блё-д-амур [Розовато-серого (от фр. gris de lin)… голубовато-серого (от фр. bleu d’amour).], наскоро засунутых в дырявые сапоги,
с красным
платком на
шее и одноствольным ружьем за плечами.
Носил он просторный синий сюртук
с длинными рукавами, застегнутый доверху, шелковый лиловый
платок на
шее, ярко вычищенные сапоги
с кистями и вообще
с виду походил на зажиточного купца.
Когда я на другой день пришел к дедушке, у него в сенях висели две закрытые роевни
с пчелами. Дед велел мне надеть сетку и обвязал мне ее
платком по
шее; потом взял одну закрытую роевню
с пчелами и понес ее на пчельник. Пчелы гудели в ней. Я боялся их и запрятал руки в портки; но мне хотелось посмотреть матку, и я пошел за дедом.
— Дайте мне кофе, — попросил Самгин, искоса поглядывая на окно, стирая
платком пот
с лица и
шеи.
Потом принялся
с тою же медленностью надевать ночной костюм: сначала уши заткнул ватой и подвязал
платком, а другим
платком завязал всю голову, затем надел на
шею шарф.
Но бабушка, насупясь, сидела и не глядела, как вошел Райский, как они обнимались
с Титом Никонычем, как жеманно кланялась Полина Карповна, сорокапятилетняя разряженная женщина, в кисейном платье,
с весьма открытой
шеей,
с плохо застегнутыми на груди крючками,
с тонким кружевным носовым
платком и
с веером, которым она играла, то складывала, то кокетливо обмахивалась, хотя уже не было жарко.
Наконец, в изнурении от ран и усталости, я падаю на землю и кричу: «Победа!» Генерал подъезжает ко мне и спрашивает: «Где он — наш спаситель?» Ему указывают на меня, он бросается мне на
шею и
с радостными слезами кричит: «Победа!» Я выздоравливаю и,
с подвязанной черным
платком рукою, гуляю по Тверскому бульвару.
Антонида Ивановна долгим, внимательным взглядом посмотрела на Привалова, но ничего не отвечала и только плотнее — вместе
с шеей — укуталась в свой
платок.
Вот и передняя, потом большая комната
с какими-то столами посредине, а вот и сама Надя, вся в черном, бледная, со строгим взглядом… Она узнала отца и
с радостным криком повисла у него на
шее. Наступила долгая пауза, мучительно счастливая для всех действующих лиц, Нагибин потихоньку плакал в холодных сенях, творя про себя молитву и торопливо вытирая бумажным
платком катившиеся по лицу слезы.
Она была в черном шерстяном платье,
с черным большим
платком на
шее, в белом чистом чепце
с черными лентами.
Только что вышли гости, показался в передней Василий Фадеев. Разрядился он в длиннополую сибирку тонкого синего сукна,
с мелкими борами назади, на
шею повязал красный шелковый
платок с голубыми разводами, вздел зеленые замшевые перчатки, в одной руке пуховую шляпу держит, в другой «лепортицу». Ровно гусь, вытянул он из двери длинную
шею свою, зорко, но робко поглядывая на хозяина, пока Марко Данилыч не сказал ему...
В пропитанном жиром нанковом длиннополом сюртуке,
с сережкой в ухе,
с грязным бумажным
платком на
шее, стало быть, не ихнего поля ягода, не ихнего согласу, по всем приметам, никонианец.
Варвара Петровна
с дочерью и Катенька в таких же точно рубашках,
шеи у них были повязаны батистовыми, а головы шелковыми белыми
платками.
Сенные девушки, в новых холстинковых платьях, наполняют шумом и ветром девичью и коридор; мужская прислуга, в синих суконных сюртуках,
с белыми
платками на
шеях, ждет в лакейской удара колокола; два лакея в ливреях стоят у входных дверей, выжидая появления господ.
— Больно вот налегке ходит, — ворчала ключница, постилая на лежанку толстый киргизский войлок. — Ты бы, Марьюшка, когда выходишь на волю,
платок бы, что ли, на шею-то повязывала. Долго ль простудить себя? А как
с голосу спадешь — что мы тогда без тебя будем делать?
В игуменской келье за перегородкой сидела мать Манефа на теплой изразцовой лежанке, медленно развязывая и снимая
с себя
платки и платочки, наверченные на ее
шею.
Тут же и «кукушку крестят». Для того, нагнув две молодые березки, связывают верхушки их
платками, полотенцами или лентами и вешают на них два креста-тельника [Тельник — крест, носимый на
шее.]. Под березками расстилают
платки, кладут на них сделанную из кукушкиных слезок [Растение Orchis maculata.] птичку, и, надев на нее крест, попарно девушка
с девушкой ходят друг другу навстречу вокруг березок, припевая...
Когда мы
с сестрицей вошли туда, бабушка, все тетушки и двоюродные наши сестры, повязанные черными
платками, а иные и в черных
платках на
шее, сидели молча друг возле друга; оба дяди также были там; общий вид этой картины произвел на меня тяжелое впечатление.
И не только тут я видел, как она любит этого разбойника, а даже видел я это и в те минуты, когда она попрекала его, кляла всеми клятвами за то, что он ее сокрушил и состарил без поры без времени, а тут же сейчас последний
платок цирюльнику
с шеи сбросила, чтобы тот не шельмовал ее соколу затылок.
Буйные толпы поселян, поселянок и кантонистов набежали на штаб. Мятежники были и пешие, и верхами, вооруженные топорами, шкворнями, кольями и разными сельскими оружиями, шли в рубахах,
с платками и тряпицами на
шеях,
с завязанным ртом из глупой предосторожности против мнимой отравы, летающей, будто бы, в воздухе
с пылью.
Худые и тонкие,
с загоревшею, сморщенною кожей
шеи, как у жареного гуся, замотанные тяжелыми
платками головы и сгорбленные, натруженные спины этих старух представляли резкий контраст
с плотными и белыми тулянками, носившими свои понитки в накидку.
Заметив вдруг неплотно застегнутую грудь, она покраснела, торопливо оправила платье, схватила
с кресел еще вчера брошенный ею при входе красный
платок и накинула на
шею.
Она была болезненно худа и прихрамывала, крепко набелена и нарумянена,
с совершенно оголенною длинною
шеей, без
платка, без бурнуса, в одном только стареньком темном платье, несмотря на холодный и ветреный, хотя и ясный сентябрьский день;
с совершенно открытою головой,
с волосами, подвязанными в крошечный узелок на затылке, в которые
с правого боку воткнута была одна только искусственная роза, из таких, которыми украшают вербных херувимов.
Берегись; тебя уж начинает свет тянуть; уж я вижу у тебя иной раз на
шее щегольской
платок, шляпа
с лоском…
Казак
с великим усилием поднимал брови, но они вяло снова опускались. Ему было жарко, он расстегнул мундир и рубаху, обнажив
шею. Женщина, спустив
платок с головы на плечи, положила на стол крепкие белые руки, сцепив пальцы докрасна. Чем больше я смотрел на них, тем более он казался мне провинившимся сыном доброй матери; она что-то говорила ему ласково и укоризненно, а он молчал смущенно, — нечем было ответить на заслуженные упреки.
Ее вопли будили меня; проснувшись, я смотрел из-под одеяла и со страхом слушал жаркую молитву. Осеннее утро мутно заглядывает в окно кухни, сквозь стекла, облитые дождем; на полу, в холодном сумраке, качается серая фигура, тревожно размахивая рукою;
с ее маленькой головы из-под сбитого
платка осыпались на
шею и плечи жиденькие светлые волосы,
платок все время спадал
с головы; старуха, резко поправляя его левой рукой, бормочет...
Выбежавшая на звонок прислуга увидела у подъезда стоящую на верхней ступеньке маленькую девочку, лет двух, в рваной кацавейке и
платке,
с висевшим у нее на
шее образком Божией Матери, в металлической ризе.
Увар Иванович носил просторный сюртук табачного цвета и белый
платок на
шее, ел часто и много и только в затруднительных случаях, то есть всякий раз, когда ему приходилось выразить какое-либо мнение, судорожно двигал пальцами правой руки по воздуху, сперва от большого пальца к мизинцу, потом от мизинца к большому пальцу,
с трудом приговаривая: «Надо бы… как-нибудь, того…»
Гремя каблуками, выполз из каюты и Проктор; старик остался верен своей поношенной чесучовой куртке и голубому
платку вокруг
шеи; только его белая фуражка
с черным прямым козырьком дышала свежестью материнской заботы Дэзи.
Написав это письмо, Оленин поздно вечером пошел к хозяевам. Старуха сидела на лавке за печью и сучила коконы. Марьяна
с непокрытыми волосами
шила у свечи. Увидав Оленина, она вскочила, взяла
платок и подошла к печи.
Некоторые — люди хозяйственные, не пропивавшие жалованья и «заслуги» [«Заслугой» назывались деньги, которые выдавались непьющим матросам на руки за невыпитые ими казенные чарки, и деньги, которые оставались за несъеденное количество масла или какого-нибудь другого припаса, отпускавшегося по положению.] на берегу, — надевали собственные щегольские рубахи
с передом из голландского полотна, купленные в Копенгагене и Бресте, и, несмотря на жару, повязывали
шею шелковыми, тоже собственными,
платками, пропуская концы их в медные или бронзовые кольца.
Он вышел наверх тщательно вымытый, подстриженный и несколько торжественный в своей собственной рубахе
с голландским передом, повязанной у
шеи черным шелковым
платком, в необыкновенно скрипучих сапогах и в новой фуражке, надетой на затылок.
Тут же, среди сосредоточенных мужицких фигур, замешалась разбитная заводская бабенка в кумачном красном
платке и
с зелеными бусами на
шее; она ухмылялась и скалила белые зубы каждый раз, как Бубнов отмачивал какое-нибудь новое коленце.
Внизу, у подъезда, стояла его пролетка. Он ездил
с месячным извозчиком на красивой, но павшей на ноги серой лошади. Пролетка была новая, полуторная. Работнику он приплачивал шесть рублей в месяц; подарил ему три пары замшевых перчаток и два белых
платка на
шею. Платил он за экипаж восемьдесят рублей.
Старики Багровы со всем семейством вышли на крыльцо; Арина Васильевна в шелковом шушуне [Шушун — женская верхняя одежда; большею частью короткая кофта, шубейка.] и юбке, в шелковом гарнитуровом
с золотыми травочками
платке на голове, а Степан Михайлыч в каком-то стародавнем сюртуке, выбритый и
с платком на
шее, стояли на верхней ступеньке крыльца; один держал образ Знамения божьей матери, а другая — каравай хлеба
с серебряной солонкой.
Тут девочка быстро оторвала
платок от глаз, взглянула влажным от слез взглядом и
с громким, радостным криком повисла на
шее у последней.
Алеша взглянул на того, на которого указывал король, и тут только заметил, что между придворными стоял маленький человек, одетый весь в черное. На голове у него была особенного рода шапка малинового цвета, наверху
с зубчиками, надетая немного набок, а на
шее белый
платок, очень накрахмаленный, отчего казался немного синеватым. Он умильно улыбался, глядя на Алешу, которому лицо его показалось знакомым, хотя не мог он вспомнить, где его видал.
Вот статная, красивая девушка из Торжка,
с жемчужным венцом, наподобие отсеченной сахарной головы; он слегка прикрыт
платком из тончайшей кисеи, которого концы, подвязав
шею, прячутся на груди.
Она сняла
с себя большой
платок,
с шеи шарф и закутала в них озябшего, несмотря на теплую одежду, ребенка. Снег забрался ей за ворот и холодными каплями скользил у ней по спине.
Тот только почесал затылок; комик сидел насупившись; Мишель что-то шептал на ухо Дарье Ивановне, которая, чтоб удержаться от смеха, зажала рот
платком. Фани вся превратилась в слух и зрение и, кажется,
с большим нетерпением ожидала, когда очередь дойдет до нее; наконец, пришла эта очередь. По ходу пьесы она сидит одна, в небольшой комнате,
шьет себе новое платье и говорит...
Слуга, храпевший за перегородкою, встрепенулся, как ретивый конь на зов бранной трубы, вскочил со своего ложа и явился перед лицом своего господина. Это был человек лет сорока, небольшого роста, неуклюжий,
с простоватой физиономией,
с приплюснутым несколько носом,
с глазами, ничего не говорящими. Он не успел второпях обвязать
шею платком и застегнуть сюртук, мохнатая грудь его была открыта.
Молодые сидели за особым столом; Гришка был расчесанный, примасленный, в новой свите,
с красным бумажным
платком под
шеей.
Татьяна молча прижала
платок к своим глазам, её острые плечи задрожали, чёрное платье как-то потекло
с них, как будто эта женщина, тощая,
с длинной
шеей, стала таять.
Когда же маменька узнали, что домине Галушкинский, по условию
с ними, секретно от батеньки сделанному, не изнурял меня ученьем, то пожаловали ему
с батенькиной
шеи черный
платок, а другой, новый, бумажный для кармана, чем он был весьма доволен и благодарен. Да, кроме того, вот еще что...